С именем и авторитетом Маккея принято было считаться, а поэтому его определение немедленно широко распространилось и было взято на вооружение всеми, кто не проводил самостоятельного критического исследования проблемы ландмарок. Это закономерно, потому что в свое время Маккей считался практически неоспоримым авторитетом в области масонских истории и права, потому что он одним из первых выдвинул такое полное и всеохватное определение, а за счет своей «Энциклопедии» (до сих пор являющейся классическим теоретическим трудом) довел его до сведения широчайшего круга заинтересованных читателей, однако, в любом случае, он всего лишь выражал свое личное мнение, а посему любой Вольный Каменщик точно так же, как доктор Маккей, вправе выработать собственное определение ландмарок.
Я присоединяюсь к тем, кто не согласен принять некоторые аспекты определения Маккея, а также к Роско Паунду и иным критикам вышеприведенного определения в том, что далеко не все из 25 перечисленных Маккеем ландмарок отвечают его собственному определению. По крайней мере, о 6 из 25 ландмарок этого списка лично я не могу сказать, что они «древнее древнейших свидетельств памяти или истории». Остальные 19 или 20 из 25 отвечают лично моему понимания термина «ландмарка», однако известно, что они были введены в обиход в 1717 г. по формировании Первой Великой Ложи. Происхождение каждой из них задокументировано раз и навсегда. Понятно, что и в будущем франкмасонство может, в таком случае, приобретать новые ландмарки, но и в таком случае их происхождение будет задокументировано.
Также я не согласен с той частью определения Маккея, где говорится о всеобщем соблюдении – «вселенском характере». Не только я, но и некоторые видные исследователи, включая, например, Роско Паунда, полагают, что некий обычай, для того, чтобы называться ландмаркой, должен соблюдаться широко и многими, но совершенно не обязательно при этом иметь документальные свидетельства того, что он соблюдается всеми без исключения и по всему миру. И Паунд, и я считаем, что соблюдение того или иного обычая вполне может стать ландмаркой даже при условии наличия точных данных о том, что он соблюдается не повсеместно. Предположим, я называю тот или иной наш обычай ландмаркой, и кто-то спрашивает меня, уверен ли я в том, что он соблюдается повсеместно, как и откуда мне взять такие данные? При условии отсутствия какой-либо всемирной масонской власти, а также перечисления признаваемых ими ландмарок только частью из существующих в мире Великих Лож видится практически невозможным подтверждение или опровержение повсеместного соблюдения того или иного обычая. Этих данных попросту не существует в мире.
Покойный С. С. Хант, один из авторитетнейших масонских ученых и писателей нашего времени, писал: «Ландмарка является отличием, не более подвластным писаному закону, чем те отличия, за счет которых одна человеческая раса отграничивается от другой. Ландмарка ясна и очевидна в общем, но неопределенна в деталях и частностях, и сам факт составления для нее определения лишает ее изначальной природы». Он оспаривал часто встречающееся утверждение, что ландмарка есть неписаный закон, под каковым названием они значатся в регламентах нескольких Великих Лож. Его вера в то, что ландмарки не подвластны писаному закону, вступала в противоречие с широко распространенным убеждением, что особую силу ландмаркам придают именно многочисленные писаные законы про них, а в случае если писаный закон противоречит ландмарке, которая в силу этого долгое время не соблюдается, она перестает быть ландмаркой.
Я уже писал, что ни одна из Великих Лож, включивших в свои конституции список принятых в ней ландмарок, не привела обоснований, почему она считает эти положения именно ландмарками. Например, большинство этих Великих Лож, судя по всему, безоговорочно приняли определение ландмарок Маккеем и его список, не занимаясь исследованием данного вопроса самостоятельно.
Несмотря на свои расхождения с доктором Маккеем в той части его определения ландмарок, где говорится об их древности как обязательном условии, каковое утверждение он сам неоднократно опровергает в приводимом им списке ландмарок, я, тем не менее, ни секунды не сомневаясь, могу подписаться под утверждением, что никакой обычай не может считаться ландмаркой, если он не соблюдался значительной частью масонской общественности на протяжении значительного периода времени, по крайней мере, такого долгого, что никто из ныне живущих не может вспомнить такие времена, когда он не соблюдался так же, как ныне. Если некий обычай, или традиция, или церемония, по природе своей или в силу иных отличительных черт, выделяют франкмасонство из ряда иных, но ему подобных, сообществ, братств и прочих организаций, то их определенно можно называть ландмарками, однако при изучении списка ландмарок Маккея, равно как и при изучении любого иного опубликованного списка ландмарок, лишь с большим трудом становится возможным отыскать особенности, которые принадлежали бы только и исключительно нашему обществу, и даже в таком случае не существует практически никаких гарантий того, что с течением времени они не могут быть с тем же успехом востребованы и использованы каким-либо иным сообществом. Например, в любой список ландмарок обязательно включается упоминание об обязательной вере членов нашего общества в Верховное Существо, однако ясно, что мы никогда не претендовали на то, чтобы эта ландмарка принадлежала только и исключительно нам, и скорее всего, никогда не выдвинем подобной претензии. Нам бы скорее хотелось поощрить к принятию подобного положения в уставы всех прочих организаций. Мне видится, что для всех нас было бы лучше, если бы было выработано некое новое определение ландмарок, которое готовы были бы принять большинство наших братьев, например: «Ландмарка – это старинный обычай, или традиция, характеристика или особенность, церемониальная или иная, согласно общепринятому пониманию, заслужившие своими древностью и общим значением место незаменимого и неотъемлемого свойства Ордена Вольных Каменщиков, и каковые вследствие этого невозможно отменить или изменить так, чтобы не нанести тем самым существенного ущерба самой сути франкмасонства». Существует достаточно тонкая грань понимания того момента, когда освященный временем и широким соблюдением обычай обретает право называться ландмаркой, и именно здесь мы сталкиваемся с наибольшим количеством кривотолков и разночтений. Мне кажется, что мы могли бы избавиться, по крайней мере, от некоторых из них, приняв как должное, что любые обычай, традиция, свойство или особенность франкмасонства, ставшие столь важной его частью, что вполне заслуживают названия ландмарки, пусть и не считаются таковой всеми Вольными Каменщиками, определенно не могут быть изменены или отменены точно так же, как и общепризнанные ландмарки. По моему мнению, ландмарки – это проверенные и освященные временем обычаи, традиции, свойства и особенности, тщательно соблюдаемые нами без приложения осознанного усилия, приблизительно так же, как работают наши органы дыхания. Действительно, такие обычаи, традиции, свойства и особенности необходимы Ордену Вольных Каменщиков как человеку – дыхание.
В заключение этой главы я хотел бы сказать, что наверняка не встретит возражений утверждение, что франкмасонство – единственное людское сообщество, имеющее ландмарки, и единственное людское сообщество достаточной древности, чтобы его ландмарки назывались ландмарками, согласно любому из существующих их определений.
Глава 2. Список ландмарок
Никакой вопрос не задается франкмасонами так часто, как вопрос о перечислении общепринятых или, по крайней мере, достаточно авторитетных и неоспоримых ландмарок… и ни какой другой вопрос не бывает получено столько разнообразных и часто противоречивых ответов. Так почему же не представить спрашивающему единого авторитетного списка?
Итак, существуют, по крайней мере, три основные причины, почему мы не в состоянии предъявить такой список:
1. Мы не можем прийти к соглашению о всеобщем и включающем все точки зрения определении ландмарок.
2. Никто из приводящих собственные определения ландмарок не в состоянии привести полный список тех из них, которые подпадают под данное ими определение (для примера пусть собственное определение ландмарок попробует дать любой читатель данной книги, а затем попробует перечислить ландмарки, отвечающие его собственному определению).
3. Несмотря на то, что мы являемся всемирным братством, не существует всемирной единой масонской власти, обладавшей бы полномочиями утвердить единый список общепринятых и бесспорных ландмарок, даже если бы таковой и мог быть теоретически выработан.
В древности у наших собратьев было достаточно немного законов, и совершенно не очевидно, что они назывались ландмарками. Само слово не встречается в масонской документации вплоть до 1723 г., и тогда оно относилось только к ритуальным тайнам и таинствам, в каковом значении оно употребляется также в документах 1809 г., относящихся к перспективам процесса объединения английских Великих Лож, последовавшего в 1813 г. Это же их значение рассматривается и в Статьях союзного договора (Articles of Union), равно как и в протоколах Ложи Обнародования (Lodge of Promulgation), созданной специально для выработки и последующего обнародования списка ландмарок. Если возникла необходимость создания специальной ложи для этих целей, ясно, что относительно толкования ландмарок в означенный период времени (1809 – 1813 гг.) существовало множество споров, кривотолков и разночтений. Наверняка не более горстки современных Вольных Каменщиков согласятся с тем, что наши ландмарки должны включать в себя только ритуальные тайны и таинства. Список Маккея получил слишком широкие распространение и признание, чтобы подобное определение имело хотя бы какие-то шансы на выживание, пусть даже Объединенная Великая Ложа Англии и сделала недавно заявление, что ландмарки входят в торжественное обязательство Мастера. В список Маккея входят многие положения, более подходящие под определения прав и обязанностей. Это соответствует также содержащемуся в протоколах Ложи Обнародования утверждению, что ландмарки, которые она планировала обнародовать, носили исключительно ритуальный характер, и это отчасти объясняет тот факт, что до наших дней не дошел список ландмарок, которые были бы предназначены для обнародования ею.
Английский масонский ученый Биллсон полагает, что изначальными английскими ландмарками образца 1813 г. были: вера в Великого Архитектора Вселенной, вера в бессмертие души (по крайней мере, подразумеваемая), отказ от обсуждения политических и религиозных вопросов в стенах ложи, непременное присутствие в обстановке ложи Библии (вряд ли Библия или иная Книга Священного Закона была обязательным элементом обстановки ложи до 1760 г.), а также структура масонства, подразумевающая наличие в нем лишь трех степеней Древнего Мастерства – Ученик, Подмастерье и Мастер, включая Верховный Орден Святого Царственного Свода.
Ввиду того, что далее я собираюсь прибегнуть к цитированию, следует, наверное, заметить, что существует вероятность именования ландмарками Древних заповедей и Древних регламентов (Old Charges and Old Regulations). В книге Оливера «Исторические ландмарки» читаем: «При возрождении масонства в 1717 г. в знак признательности братьям четырех лож-учредительниц, составивших Первую Великую Ложу, было решено, что «всякая привилегия, коею они пользовались по своему праву с незапамятных времен, остается принадлежащей им, и никакой закон, никакой регламент и никакое правило не в силах ни в какое время их данной привилегии лишить, равно как и посягать на любую ландмарку, в любое время признанную основополагающим законом Вольного Каменщичества»».
Из данного текста ясно, что к тому времени существовало уже немалое количество заявленных и общепринятых ландмарок, однако в «Выдержках из правового кодекса шотландского масонства» Р. И. Уоллеса-Джеймса, в той их части, где говорится о церемониале инсталляции Мастера, говорится: «Ложа Обнародования, созданная «современными» для подготовки объединения, постановила, что церемония инсталляции Мастера (практиковавшаяся «древними», но уже давно вышедшая из обихода «современных») является одной из ДВУХ ландмарок Древнего Искусства, которые надлежит сохранить неизменными. Ложа Обнародования ни намеком не сообщила о природе второй из этих ландмарок».
Хокинс в своей «Краткой энциклопедии франкмасонства» выдвигает предположение, что этой второй ландмаркой были опознавательные знаки и слова степеней Ученика и Подмастерья. На собрании этой ложи также имела место дискуссия, приведшая брата Хокинса к выводу о том, что в дополнение к этим двум ландмаркам будут рассматриваться еще четыре: форма ложи, офицерский состав ложи, обязанности офицеров ложи и ритуалы. Некоторые исследователи также полагают, что протокол просто отразил ошибку составителя, вместо «true» (истинные) услышавшего «two» (две), а в действительности ландмарок было больше.
