На сегодняшний день эссе Феона является важнейшим источником, сравнивающим относительную ценность Мистерий и философии. Имеет смысл задать себе вопрос, а не связаны ли пять частей Посвящения, пять наук, пять фонтанов, с мистическим пятиугольником, с Пятью Точками Содружества масонов? Следует также отметить, что в древности Свободные Науки и Искусства состояли не из семи предметов, а из пяти. Диодор пишет, что египтяне особенно почитали число пять, так как полагали, что оно символизирует Вселенную, состоящую из пяти элементов: земли, воды, воздуха, огня и духа (эфира). Следует отметить, что именно этими элементами неофит подвергался испытаниям, когда проверялось, насколько он достоин пройти посвящение. Интересно, что, когда известный христианин Юстиниан Мученик обратился с просьбой о посвящении в Сообщество Пифагора, его спросили, изучал ли он арифметику, музыку, астрономию и геометрию, так как только эти предметы могут абстрагировать душу от чувственной жизни, и подготовить её к осознанности. Так как он не смог ответить утвердительно, ему было отказано1.
Из этих отрывков видно, что изучение свободных наук и искусств было обязательным и в Теософии, и в Философии, и точно также и в масонстве с древних времён. И это является еще одним подтверждением тому, что все три имеют один и тот же источник, и что все три были обрядами одного Братства. Занятия предшествовали инициации точно так же, как и масонство, забросившее преподавание наук, особенно геометрии, теперь требует от своих кандидатов определённый образовательный уровень. Малые Мистерии были предназначены для обучения наукам, которые передавали ремесленные Мистерии. Большие Мистерии были, по сути, духовными, охватывающими происхождение человека, перерождение, и его окончательное блаженство. Они были переданы гностикам, мистикам, церкви, а от неё позже розенкрейцерам.
Для того, чтобы объяснить термин Проверка, или Видение, эпопта, широко использовавшегося авторами, писавшими на тему Мистерий, мы приведём несколько фрагментов, показывающих, что он соответствовал явлениям реальным, а не метафорическим. В своем письме «О Мистериях» Ямвлих не оставляет сомнений в важности эпопты и аутопсии, Наблюдения и Видения, так как он повторяет, снова и снова, чтобы не было ошибки, параграф за параграфом, что видимое присутствие сверхматериальных существ во время проведения теургических обрядов — факт2. Приводя многие детали, он тщательно описывает внешний вид, функции, качества и пользу, получаемую от лицезрения богов, архангелов, ангелов, демонов (духов-хранителей), полубогов, героев, и душ. Делает он это, как человек, обладающий непосредственными знаниями, который сам видел и изучал все их качества. Способом, которым Философы использовали для развития пророческого дара, были строгое воздержание и чистая жизнь, сопровождаемая строгой диетой, постами и молитвой. То же было принято во всех жреческих Мистерий для высшего посвящения. Дамаский так описывает появление божества в Мистериях Сераписа: «В манифестации, раскрыть которую нельзя, на стенах храма становится видна масса, состоящая из света, поначалу очень далёкая. Она трансформируется и раскрывается в видение божественное и сверхъестественное, суровое и немного ласковое. Следуя религиозному учению Мистерий, александрийцы почитают это как Осириса или Адониса». Это описание соответствует тому, что мы говорили о Сераписе в предыдущей главе.
Порфирий, живший около 270 г. н.э., описал в своём «Жизнеописании Плотина» следующий эпизод. Однажды философ, чтобы удовлетворить любопытство египетского жреца, взял его с собой в Храм Изиды в Риме, как в самое подходящее место, чтобы вызвать его демона-хранителя. Что и делалось, но явилось божественное существо настолько более высокого ранга, чем обыкновенный демон, что это совершенно потрясло египтянина. Известный платонист Томас Тейлор перевёл нижеприведённый отрывок из «Федры» следующим образом: «Таким же образом в результате этого божественного Посвящения мы становимся зрителями полных, простых, бесстрастных и благословенных видений, находящихся внутри чистого света, и мы сами были чистыми и безупречными, освобожденными от окружающих нас одежд, называемых телом, к которым мы привязаны, как устрицы к раковине». В своём комментарии на «Республику» Платона Прокл пишет: «Во всех Инициациях и Мистериях боги проявляют себя в разных формах и появляются в разных образах, иногда как бесформенный свет, светящийся из себя, пришедший для познания; иногда светящаяся человеческая фигура, а иногда и другой образ». Во всё это так же детально вникает Ямвлих.
Чудесное творение Гомера, «слепого старца со скалистого острова Скио», настолько же полно появлениями богов и ангелов перед людьми, сколько и Еврейское Писание. В четвертой книге Одиссеи, описывая спуск Улисса в Циммерскую пещеру, ведущую к обители душ, он утверждает, что дым от крови принесённой жертвы, убитой с этой целью, используется тенями мертвых для оживления и укрепления их бестелесных органов. Моисей говорит: «Кровь есть жизнь». Поп так перевёл это, когда появляется пророк Тиресий:
«Свой меч обнаживши и с ним перед ямой сев, запрещай приближаться безжизненным теням усопших к крови, покуда ответа не даст вопрошенный Тиресий».
И снова, когда Улисс видит одинокую меланхоличную тень своей матери, пророк Тиресий говорит ему:
«Знай, что для тебя напитка вкус, для призрака то снова сцены жизни и прошлого деянья».
А затем, когда мать приближается к жертве сына:
«Когда Антиклея приблизилась и выпила кровь, вся мать в её душе проснулась сразу, и благодарен ей Улисс, и так, она говорит».
Святой Василий учит, что, если «испарить кровь огнём, то она таким образом разжижается, что становится частью их тела». Говорится, что посвящаемый в Эливсинских Мистериях приносил требуемую от него торжественную клятву, стоя на коже жертвенных животных. Отвратительный ритуал Тауроболиум, который, как говорят, практиковался в некоторых Мистериях, был следующего характера: соискателя, который должен был получить кровавое крещение, помещали в камеру, над которой находилось другое помещение с дырявым полом. В этом помещении убивали быка, а кандидат получал алый душ в нижнем помещении. Вот что на эту тему пишет Прудентий3:
«Все приветствуют и здороваются с ним издалека, ибо он отмечен нечистотой, и пропитан недавней искупительной жертвой, потому что живая кровь мертвого быка омыла его, спрятавшегося в грязных пещерах».
Читатель этих страниц безо всякого сомнения отметит, что приведённые детали не имеют ничего общего с масонством. Это так. Но мы хотели показать, из чего Мистерии состояли, что они действительно проповедовали, и что практиковали. Тем не менее, что касается схожести их с масонскими ритуалами, с масонским символизмом, внимательный читатель много об этом обнаружит в этой главе, и значительно больше в следующей.
Совершенный метафизический разум Платона был полностью подготовлен к толкованию Мистерий, которые дошли до него из глубокой древности, и можно сказать, что Мистерии — это Платонизм, а Платонизм — это Мистерии. В этом смысле мы можем процитировать Ральфа Вальдо Эмерсона, сказавшего: «Из Платона пришли все те вещи, о которых до сих пор пишут и спорят учёные мужи». «Платон — это философия, а философия — это Платон». Он одновременно и слава, и позор человечества. С тех пор ни один саксон, ни один римлянин не смог ничего добавить к его категориям. Сам Платон полагал, что из 5 порядков вещей (о которых мы только что писали) только 4 могут объясняться большинству людей.
—
